Альпинизм

Вместо Турции. Зачем белгородцы участвуют в альпиниаде

Для чего люди покоряют Эльбрус и сколько это стоит.

Нет, это не альтернативные Олимпийские игры. Альпиниадой называют массовое восхождение на горную вершину, и это больше туризм, чем спорт.

В этом году известный белгородский альпинист Сергей Шевченко уже в пятый раз поведёт группу на Эльбрус. Чем альпиниада отличается от обычной турпоездки? Почему Шевченко считает, что покорить самую высокую точку Европы способен каждый? И зачем это ему, имеющему за плечами 70 восхождений в разных частях света? Ищем ответы на вопросы «начальной категории сложности».

40 кг романтики

– Вы когда‑нибудь работаете или только путешествуете?

– Конечно, работаю. Я по специальности инженер-строитель, последние годы был главным инженером строительной фирмы. Мой организаторский опыт (и мой руководитель) позволяли уезжать в длительные экспедиции 3–4 раза в год. Но дело не в этом. Когда появляется цель, вся жизнь перестраивается для её достижения. Семья – первая в списке важностей жизни. У меня она прекрасная – двое детей, четверо внуков. Затем друзья – люди, с которыми всегда интересно. Мы дружим сорок лет, компания сложилась, когда ещё студентами ходили в горы. И ещё в жизни обязательно должно быть увлечение – дело, которым занимаешься не по принуждению или по надобности, а потому что оно действительно нравится.

– Когда вы поняли, что вам нравятся горы?

– Впервые мы с братом пошли на Кавказ в 1976-м будучи студентами. И сразу в поход второй категории сложности. Рассчитывали с гор спуститься к морю, а на последнем перевале нас застала жуткая метель. Мы замёрзли и повернули назад. Домой вернулись с чётким ощущением, что больше в горы не пойдём. Но через год снова потянуло.

– Тогда же не было нормального снаряжения. Сколько весил ваш рюкзак?

– Тогда не было никакого снаряжения. Брезентовые штормовки намокали, промерзали и превращались в ледяной панцирь, спальники были ватные и тяжёлые, сносных ковриков и палаток тоже не делали. Максимальный вес моего рюкзака – 40 кг, и вся нагрузка приходилась на плечи – не подвесная система, как сейчас. Но и мы были сильнее, выносливее, искали романтику – вот и отправлялись на сложные восхождения с минимальным комфортом. Сейчас экипировка технологичная: мембранная, непромокаемая… Мой рюкзак весит 25 кг, и это если очень серьёзный поход. У меня три рюкзака: экспедиционный на 120 литров, для походов на 80 литров и штурмовой на 30 литров. Ещё ботинки альпинистские, пуховик на минус 40, спальник на минус 40.

– Спальник на минус 40 – это как? С батареями?

– Там гагачий пух или холофайбер. Он не мокнет и не мнётся, по объёму большой и весит килограмма четыре. Я в таком на Эвересте спал (всё равно было холодно).

Семь «ходок»

– Ближайшая экспедиция у вас на Эльбрус. Что в ней особенного?

– Наша федерация альпинизма и скалолазания уже пятый год организует альпиниаду – массовое восхождение на Эльбрус. В прошлом году в команде было 33 человека, в этом 35. Технически это сложно организовать, но можно. У меня опытные помощники, мы разбиваем группу на несколько подгрупп и ведём.

– Пешочком или на ратраках?

– Там, где возможно, на ратраках. Знаю, вопрос дискуссионный, мы в экспертном совете федерации альпинизма России его обсуждали. И решили: раз ратрак безвреден для окружающей среды и при этом повышает безопасность восхождения, надо им пользоваться. Зачем отказываться от прогресса? Я был на Эльбрусе семь раз, с ратраками и без, и опыт показал, что новичкам лучше экономить силы.

– С новичками понятно. А вам какой интерес постоянно покорять Эльбрус?

– Знаете, когда в группе самые разные люди – студенты и пенсионеры, таксисты и депутаты – объединены одной целью подняться, и они поднимаются, я испытываю непередаваемые ощущения. За четыре альпиниады нам удалось завести на вершину сто человек.

– Неужели каждый может подняться? Попахивает популизмом.

– При нормальной акклиматизации и минимальной физподготовке это реально. Естественно, с ежедневным контролем общего состояния, давления, сатурации. Если в жизни присутствует бег, плавание, велосипед, лыжи – можно не беспокоиться. Самому молодому участнику альпиниады было 15, он поднялся на вершину с отцом. Но это исключение, мы берём совершеннолетних. Мои учителя Александр Петрович Обод и Юрий Степанович Новиков восходили на Эльбрус, когда им было 82 года и 77 лет соответственно. Мне 66 – тоже уже не мальчик.

– Как происходит акклиматизация?

– Альпиниада идёт 10 дней. Первые два-три дня ходим в радиальные походы до высоты 3 500 метров – на гору Чегет, к обсерватории. Потом поднимаемся на «Приют одиннадцати» – это примерно 3 800 метров – и три дня проходим высотную акклиматизацию. Набираем высотный опыт, поднимаясь до 5 000 м. В последний день штурм: встаём в 2 часа ночи и примерно к 10:00 мы на вершине.

– Но ведь не все адекватно оценивают свои физические возможности. Вершина – это полпути, нужны ещё силы, чтобы спуститься. В альпинизме переоценка амбиций чревата гибелью.

– Альпинизм как раз учит рассчитывать свои силы. Знаете, что сказал Райнхольд Месснер – человек, который первым покорил все 14 восьмитысячников Земли? Что остался живым, потому что 11 раз отступал – даже когда до вершины оставалось всего 300 метров. Он понимал, что не хватит сил спуститься. В прошлом году мы организовали экспедицию на пик Ленина на Памире, но вершины не достигли – попали в мощнейший ураган, отступили. И никто не сказал, что расстроен. В августе опять надеемся туда взойти.

– И всё‑таки: правильно ли вести на Эльбрус новичков? Может, надо ставить планку? Например, только после нескольких походов, подтверждающих готовность.

– Я понимаю свою ответственность перед людьми и никогда не форсирую события. У меня семь «ходок» в лагеря. Имею в виду семь спортивных альплагерей профессиональной подготовки: теоретической, технической, медицинской, спасательной. У нас отработана тактика акклиматизации и восхождений на альпиниадах. При соблюдении правил и выполнении указаний гидов это безопасно.

25 тысяч

– Чего больше в покорении Эльбруса: экстрима, спорта или просто приятного времяпрепровождения?

– Это спортивное восхождение начальной категории сложности – 1Б. Всего их в альпинизме шесть. То есть, требуется хорошая, но не экстремальная физподготовка, терпение, воля. А вообще на подъёме у всех, и у меня тоже, возникает мысль: зачем всё это? Тут я повторю чужое выражение: альпинисты покоряют не вершину, а преодолевают себя – свои сомнения, страхи, слабости. И умение остановиться, когда желание превышает возможности – это тоже преодоление. А если всё получается, то эмоции зашкаливают – независимо от того, какая у тебя вершина по счёту. Я испытывал это эйфорическое чувство больше 70 раз. Стоишь с поднятым ледорубом, и внутри всё кричит: «Я это сделал!». Но надо помнить, что это не всё – ещё спускаться. И только там, внизу, осознаёшь, что смог себя преодолеть. Это очень важное ощущение, которое повышает самооценку и помогает в жизни.

– Были те, кто после восхождения всерьёз увлёкся альпинизмом?

– Единицы. Спортивный альпинизм – серьёзное занятие, требующее денег, времени и сил. У альпиниады другая цель: показать, что кроме Москвы или Питера, Турции или Египта может быть другой формат отдыха. По эмоциональной насыщенности восхождение выше любой турпоездки.

– И дороже.

– Экспедиции в дальние страны – да. Восхождение на Эверест сейчас обойдётся примерно в 6 млн рублей. А Эльбрус – 25 тысяч (это сама программа альпиниады) плюс дорога туда-обратно. Горнолыжная одежда сегодня есть у многих – ничего специально докупать не надо. А ботинки, кошки и ледорубы можно взять напрокат.

– Всё равно авантюра. Одно дело идти в компании друзей, а другое – в обществе случайных попутчиков, от которых непонятно чего ожидать. Случится у кого‑нибудь горняшка, и что тогда?

– Мне всегда везло. Я много ходил (и буду ходить) с друзьями, много раз знакомился с людьми уже в экспедиции – тоже интересно. Поверьте, общая цель творит чудеса. Со всеми четырьмя командами альпиниады мы дружим до сих пор. По возвращении собираемся у меня дома – с гитарами, с пловом, устраиваем вечер воспоминаний. Каждый участник получает значок «Альпинист России», удостоверение и сертификат о восхождении на высочайшую гору Европы. А насчёт горняшки – вы мне напомнили отзыв, который прислал один участник. Сейчас найду… Вот: «Кажется, я понял, что такое «горняшка». Это когда приехал домой и уже скучаешь по горам».

Беседовала Ирина Дудка

Источник: БелПресса
Мы используем файлы cookie, чтобы предоставить вам больше возможностей при использовании сайта.
Продолжая просмотр страниц сайта, вы даете свое согласие на использование cookies.
Мы используем файлы cookie, чтобы предоставить вам больше возможностей при использовании сайта.Продолжая просмотр страниц сайта, вы даете свое согласие на использование cookies.