Кикбоксинг

Шамиль на коне. Как складывалась карьера двукратного чемпиона мира по кикбоксингу

Между первым и вторым мировым золотом белгородца Шамиля Гаджимусаева прошло восемь лет.

Спортсмен в интервью журналу «Спортивная смена» рассказал, как всё начиналось, поделился историями из детства, выразил отношение к MMA и татуировкам и озвучил новые мечты.

Верхом на тренировку

– Шамиль, ты выиграл чемпионат мира в конце октября, расскажи самое главное. Как всё прошло?

– Турнир начался с хорошей новости: прилетел в Италию и на сайте Минспорта увидел свою фамилию в списке заслуженных мастеров спорта. С тех пор, как отправили документы, около года прошло, наверное. Их возвращали на переделку – то запятой не хватало, то ещё чего‑то, и вот процесс завершился. Приятно заслужить такое звание.

Чемпионат я прошёл уверенно. Победил парня из Иордании, потом итальянца, казаха, поляка и в финале – азербайджанца. Дважды отправлял его в нокдаун.

– Раньше ты говорил, что твоя мечта – стать чемпионом мира. Получается, она сбылась уже дважды. Давай вспомним, с чего начинался этот путь.

– В 13 лет пришёл в секцию армейского рукопашного боя к Владимиру Петровичу Ярынке. Выполнил первый разряд. Потом детям в этом виде спорта выступать запретили, и мы все перешли в кикбоксинг. Нас было человек 40 поначалу. Затем секцию кикбоксинга открыли ещё и в соседнем селе – там тоже под 50 человек занималось.

– Ты родился в селе Самарино Красногвардейского района. Какое детство у тебя было?

– Обычное детство сельского парня. В 5–6 утра будят – надо скотину отогнать или загнать. Так каждый день, особенно летом. Едем на сенокос, там уже тюки сена приготовлены. Грузим их, привозим, потрошим, скирдуем. И так до вечера. Кому‑то из соседей нужно помочь сено заготовить – все вместе едем и делаем. Потом вроде как и сил нет, но и погулять хочется. У моего одноклассника был мотоцикл «Урал» с люлькой, гоняли с ним.

– А правда, что ты ездил на тренировки на коне?

– Было. Отец держал ферму с несколькими лошадьми, и на лето мы уезжали туда, там постоянно работа была. Посмотрел на часы – скоро тренировка, на коня прыгнул и поехал. Километров семь-восемь – вообще без проблем. На месте привязал его, позанимался и поехал обратно. Но я такое нечасто практиковал.

– Сейчас бы мог проехать верхом?

– Легко, навык у меня есть. Лошади умные, чувствуют опасность и понимают силу. Над ними надо как бы доминировать. Если не показать им характер, будут тобой рулить – то есть, коня не получится остановить там, где тебе надо. Такое нужно сразу пресекать.

– Какова роль первого тренера в твоих успехах?

– Ярынка дал мне очень хорошую базу, толчок во всём. Он всегда старался найти возможности, чтобы поехать на какие‑нибудь турниры, благодаря ему я прошёл большую обкатку соревнованиями. С каждым боем приходил опыт.

– Затем ты попал к Валентину Пушкарёву и Олегу Утенину.

– Закончил 11-й класс, переехал в Белгород и поступил в кооперативный университет. С Валентином Петровичем мы уже были знакомы – он брал меня в сборную области как старший тренер. Мне он нравится и как человек, и как профессионал, всегда защищает интересы спортсменов. Помню, был момент: нужно ехать на первенство Европы, а денег нет. Он в таких случаях или занимал, или возил за свои, на своей машине.

Вклад Олега Николаевича тоже неоценимый. С его помощью я серьёзно продвинулся в профессиональных боях, да и вообще по жизни.

«MMA? Фитилёк не зажигается»

– Когда служил в армии, спортом занимался?

– Я должен был служить в спецназе – запрос пришёл, меня уже забрали. Но получилось так, что я встретил своего товарища, который был командиром взвода в другом отделении и предложил перейти к нему. Я согласился. Это внутренние войска в Москве, потом их переименовали в Росгвардию.

Участвовал там в открытом чемпионате по боксу. Провёл три боя и во всех победил. Уровень ребят был очень хороший: выступали призёры чемпионатов России, офицеры, которые обладают краповыми беретами. Они очень выносливые. С одним из таких парней, мастером спорта по боксу, тяжёлый бой у меня был. Я выиграл, и он потом спрашивает: «Как ты подготовился? Ты же обычный срочник!». Наверное, всё зависит от желания. Плюс опыт в кикбоксинге – у меня больше двухсот боёв.

– Легко после кикбоксинга переключаться на бокс?

– Нет, сначала дистанцию не чувствовал. В первом бою были моменты, когда хотелось ногу выбросить – я прямо видел, куда нужно ударить. Во втором уже освоился, приспособился, а третий шёл как по накатанной.

– В чём крутость кикбоксинга как вида спорта?

– Мне нравится, что в нём как руки, так и ноги должны работать, бить. Нельзя просто стоять и руками махать, потому что ногами могут закидать. И одними ногами тоже не пройдёт – руками насуют, как говорится.

– В каком компоненте ты сильнее?

– Зависит от хода боя, от соперника. Если с кем‑то получается больше действовать ногами и противник не видит этих ударов, то, конечно, включаю ноги. И наоборот. Нужно комбинировать.

– Как считаешь, почему 15–20 лет назад в Белгороде было много кикбоксеров, выступавших на топ-уровне, а сейчас только Шамиль Гаджимусаев?

– Не только в Белгороде, даже у нас в Валуйках (семья Гаджимусаевых переезжала из Красногвардейского района в Валуйский – прим. авт.) были ребята с большим потенциалом. До 17 лет многие показывали результаты на первенствах России, Европы, а когда переходили во взрослую жизнь, уже где‑то не хватало трудолюбия, желания продолжать. Это связано с тем, что нужно как‑то дальше жить, нужны деньги. Одновременно работать и тренироваться, как правило, не получается.

– Как с этой проблемой справился ты?

– Мне повезло. Валентин Петрович в 2012 году устроил в Центр спортивной подготовки как спортсмена-инструктора. Уже было легче – не думал, чем за квартиру заплатить. Плюс у меня всегда было огромное желание заниматься. А первый серьёзный гонорар я получил за победу на чемпионате мира в 2013 году.

– Твой младший брат Магомед тоже занимался кикбоксингом, дошёл до кандидата в мастера спорта. Почему он закончил?

– По интеллекту в ведении боя он был в разы лучше меня, схватывал всё быстрее. Тренер до сих пор иногда вспоминает про него и жалеет, что брат рано ушёл из спорта. Ну, другие интересы появились – так бывает.

– Ты участвовал в сборах Fedor Team с ребятами, выступающими в MMA. А сам хотел бы когда‑нибудь попробовать себя в смешанных единоборствах?

– Многие спрашивают об этом. В принципе у меня есть база рукопашного боя, понимание борцовских элементов, но выступать нет желания. У них интересно проходят сборы – много парней, с кем можно что‑то отработать, у каждого свой стиль. Смотреть MMA нравится, а большего как‑то не хочется, фитилёк не зажигается. А раз так, то не стоит начинать.

После кикбоксинга – сельское хозяйство

– Многие спортсмены набивают татуировки. Почему ты не в тренде?

– У меня много друзей с татуировками, соперников тоже много было. Я же с детства так себя настроил, что у меня татуировок никогда не будет, даже точек. Не нравится мне. Плюс я периодически сдаю кровь как донор, а с татуировками этого делать не рекомендуют.

– Как решил стать донором?

– Сначала кто‑то попросил, когда я на первом курсе учился – станция переливания крови как раз рядом с университетом. Пришли с другом, сдали, и как‑то после этого я лучше себя почувствовал. Не знаю, может, самовнушение.

– Чем бы ты хотел заниматься после окончания спортивной карьеры?

– Есть мысли продолжить отцовское дело. Он занимается сельским хозяйством, у него большой фермерский опыт. Мне было бы интересно чего‑то достичь в этой области.

– А тренером себя не видишь?

– Пока не лежит душа. Хотя я могу. Как‑то меня попросили на месяц заменить инструктора в фитнес-клубе, три раза в неделю проводить групповые занятия – без проблем. Но вообще зарекаться не буду. Может быть, я позже к этому приду.

– Какая следующая мечта или большая цель?

– Чтобы кикбоксинг стал олимпийским видом спорта. Хочется увидеть первого россиянина – олимпийского чемпиона по кикбоксингу. Пусть даже это буду не я, а кто‑то другой.

Беседовал Сергей Белых.

Источник: БелПресса